Можно ли взыскать понесенные убытки с налоговых консультантов за некачественную работу повлекшую претензии налоговиков определит Верховный суд.
ООО «Посуда-Центр сервис» заключила договор Ernst & Young договор оказания консультационных услуг. По договору консультанты Ernst & Young разработали для заказчика методику списания товарных потерь, не принятых им для целей расчета налога на прибыль организаций.
Истец указал, что в периоде с 20 марта 2017 года по 14 марта 2018 года Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы по крупнейшим налогоплательщикам по Новосибирской области, была проведена выездная проверка деятельности ООО «Посуда-Центр сервис» за 2014-2015 гг, по результатам которой вынесено решение No 25 от 12 октября 2018 года, согласно которому истцу доначислены налог на прибыль за 2014-2015 года в сумме 37 081 567 руб. и налог на добавленную стоимость в общей сумме 30 738 984 руб. Из указанных сумм: 27 885 771 руб. налога на прибыль и 25 079 194 руб. — налога на добавленную стоимость было доначислено из-за неправомерного, по мнению налогового органа, учета товарных потерь по недостачам, возникшим в результате хищений, при неподтверждении факта отсутствия виновных лиц, а именно, соответствующих постановлений следственных органов. Кроме того, если виновные лица отсутствуют, то в составе внереализационных расходов недостачу товарно-материальных ценностей, а также убытки от хищений можно учесть только при документальном подтверждении факта отсутствия виновных лиц уполномоченным органом государственной власти, как требует того, подпункт 5 части 2 статьи 265 НК.
Оспорить результаты проверки в суде компания не смогла и вышла с требованиями к Консультантам
Исковые требования мотивированы тем, что о риске доначисления налога на добавленную стоимость при использовании методики исполнитель заказчика не уведомлял, в связи с чем истец понёс убытки в размере 11 731 045 руб. 77 коп., которые состоят из стоимости услуг ответчика по договору оказания консультационных услуг по договору в размере 398 064 руб. 16 коп, пени за несвоевременную уплату налога на прибыль в более поздние сроки по сравнению с установленными законодательством о налогах и сборах — 3 078 162 руб. 38 коп., пени за уплату налога на добавленную стоимость в более поздние по сравнению с установленными законодательством о налогах и сборах сроки — 7 738 198 руб. 63 коп., штраф за неуплату налога на прибыль — 348 335 руб. 28 коп., штраф за неуплату налога на добавленную стоимость — 168 285 руб. 32 коп.
В соответствии с предметом договора ответчик оказывал истцу консультационные услуги, объем, условия выполнения и стоимость которых согласованы договором, при этом, услуги приняты истцом и оплачены, принимая во внимание, что решение об использовании истцом предложенного ответчиком проекта Методики на практике, в том числе учет товарных потерь, возникших в связи с хищениями, совершенными покупателями в торговых залах в неустановленное время, в составе расходов для целей налогообложения прибыли при отсутствии постановлений следственных органов о приостановлении предварительного следствия или постановления о прекращении уголовного дела, является самостоятельным управленческим решением истца, принятым на свой риск, суд первой инстанции, с выводами которого согласился суд апелляционной инстанции, пришел к обоснованному выводу об отказе в удовлетворении исковых требований.
Отклоняя довод истца о том, что ответчик был привлечен к оспариванию акта налогового органа и имел возможность в судебном порядке доказать обоснованность своих рекомендаций, апелляционный суд указал, что истец самостоятельно защищал свои интересы перед налоговым органом. Ответчик не сопровождал допросы сотрудников истца, не был проинформирован о большинстве требований налогового органа и о содержании ответов истца на них, не согласовывал пояснения, предоставляемые истцом по спорным вопросам налоговому органу.
Также отклоняя довод истца о том, что при рассмотрении дела № А45- 21326/19 суды установили, что содержащиеся в методике правила не соответствовали действующему налоговому законодательству, апелляционный суд исходил из того, что в указанном деле суды согласились с позицией налогового органа о том, что порядок подтверждения расходов, примененный истцом в отношении недостачи в 2014 и 2015 году, не соответствует требованиям пункта 1 статьи 525, подпункту 5 пункта 2 статьи 265 НК.
Кроме того, судебные акты по делу № А45-21326/2019 не содержат указания на то, что правила, содержащиеся в проекте методики, разработанном ответчиком, не соответствовали действующему законодательству.
Также отклоняя доводы истца о том, что в силу пункта 4 статьи 401 ГКзаключенное заранее соглашение об устранении или ограничении ответственности за умышленное нарушение обязательства ничтожно, при этом, отсутствие умысла доказывается лицом, нарушившим обязательство, апелляционный суд указал, что условие об ограничении ответственности консультантов является обычаем делового оборота и возможно в силу свободы договора. Условия об ограничении ответственности сторон договора были приняты истцом без каких-либо возражений, что подтверждается заключением и исполнением договора истцом, доказательств наличия оснований для применения исключения, указанного в пункте А.20 истцом не представлено.
Тогда заказчик подал жалобу в Верховный суд, и судья ВС РФ заинтересовалась этим делом.
Верховный суд спор посчитал заслуживающим внимания и передал его в СКЭС ВС РФ. СКЭС Верхорного суда РФ рассмотрит жалобу «Посуда-Центр сервис» 6 февраля 2024 года.
ООО «Посуда-Центр сервис» заключила договор Ernst & Young договор оказания консультационных услуг. По договору консультанты Ernst & Young разработали для заказчика методику списания товарных потерь, не принятых им для целей расчета налога на прибыль организаций.
Истец указал, что в периоде с 20 марта 2017 года по 14 марта 2018 года Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы по крупнейшим налогоплательщикам по Новосибирской области, была проведена выездная проверка деятельности ООО «Посуда-Центр сервис» за 2014-2015 гг, по результатам которой вынесено решение No 25 от 12 октября 2018 года, согласно которому истцу доначислены налог на прибыль за 2014-2015 года в сумме 37 081 567 руб. и налог на добавленную стоимость в общей сумме 30 738 984 руб. Из указанных сумм: 27 885 771 руб. налога на прибыль и 25 079 194 руб. — налога на добавленную стоимость было доначислено из-за неправомерного, по мнению налогового органа, учета товарных потерь по недостачам, возникшим в результате хищений, при неподтверждении факта отсутствия виновных лиц, а именно, соответствующих постановлений следственных органов. Кроме того, если виновные лица отсутствуют, то в составе внереализационных расходов недостачу товарно-материальных ценностей, а также убытки от хищений можно учесть только при документальном подтверждении факта отсутствия виновных лиц уполномоченным органом государственной власти, как требует того, подпункт 5 части 2 статьи 265 НК.
Оспорить результаты проверки в суде компания не смогла и вышла с требованиями к Консультантам
Исковые требования мотивированы тем, что о риске доначисления налога на добавленную стоимость при использовании методики исполнитель заказчика не уведомлял, в связи с чем истец понёс убытки в размере 11 731 045 руб. 77 коп., которые состоят из стоимости услуг ответчика по договору оказания консультационных услуг по договору в размере 398 064 руб. 16 коп, пени за несвоевременную уплату налога на прибыль в более поздние сроки по сравнению с установленными законодательством о налогах и сборах — 3 078 162 руб. 38 коп., пени за уплату налога на добавленную стоимость в более поздние по сравнению с установленными законодательством о налогах и сборах сроки — 7 738 198 руб. 63 коп., штраф за неуплату налога на прибыль — 348 335 руб. 28 коп., штраф за неуплату налога на добавленную стоимость — 168 285 руб. 32 коп.
![Double exclamation mark :bangbang: ‼️](https://cdn.jsdelivr.net/joypixels/assets/8.0/png/unicode/64/203c.png)
Отклоняя довод истца о том, что ответчик был привлечен к оспариванию акта налогового органа и имел возможность в судебном порядке доказать обоснованность своих рекомендаций, апелляционный суд указал, что истец самостоятельно защищал свои интересы перед налоговым органом. Ответчик не сопровождал допросы сотрудников истца, не был проинформирован о большинстве требований налогового органа и о содержании ответов истца на них, не согласовывал пояснения, предоставляемые истцом по спорным вопросам налоговому органу.
Также отклоняя довод истца о том, что при рассмотрении дела № А45- 21326/19 суды установили, что содержащиеся в методике правила не соответствовали действующему налоговому законодательству, апелляционный суд исходил из того, что в указанном деле суды согласились с позицией налогового органа о том, что порядок подтверждения расходов, примененный истцом в отношении недостачи в 2014 и 2015 году, не соответствует требованиям пункта 1 статьи 525, подпункту 5 пункта 2 статьи 265 НК.
Кроме того, судебные акты по делу № А45-21326/2019 не содержат указания на то, что правила, содержащиеся в проекте методики, разработанном ответчиком, не соответствовали действующему законодательству.
Также отклоняя доводы истца о том, что в силу пункта 4 статьи 401 ГКзаключенное заранее соглашение об устранении или ограничении ответственности за умышленное нарушение обязательства ничтожно, при этом, отсутствие умысла доказывается лицом, нарушившим обязательство, апелляционный суд указал, что условие об ограничении ответственности консультантов является обычаем делового оборота и возможно в силу свободы договора. Условия об ограничении ответственности сторон договора были приняты истцом без каких-либо возражений, что подтверждается заключением и исполнением договора истцом, доказательств наличия оснований для применения исключения, указанного в пункте А.20 истцом не представлено.
Тогда заказчик подал жалобу в Верховный суд, и судья ВС РФ заинтересовалась этим делом.
Верховный суд спор посчитал заслуживающим внимания и передал его в СКЭС ВС РФ. СКЭС Верхорного суда РФ рассмотрит жалобу «Посуда-Центр сервис» 6 февраля 2024 года.
Для просмотра ссылки необходимо нажать
Вход или Регистрация